Сайт Виктора Матусова

АЗЫ МАРКЕТИНГА

То и дело слышу: «Идем к рынку! Идем к рынку на всех парах!» Куда?! Там уже все занято. Все свои, одной масти. Чужих не пускают. Сами видели, знаете. Кто не знает, пусть сбегает на ближайший, уяснит.
- Почем черешня, хозяин?
- Сто пятьдесят, дорогой! Здесь написано.
- Почем помидоры, хозяин?
- Сто пятьдесят, дорогой! Ты что? Читать не умеешь?
- Почем мандарины, хозяин?
- Сто пятьдесят, дорогой! Ты что? Еще не запомнил?
- Почему все лето — сто пятьдесят, дорогой?
- Почему, недешевый?
- Я стабильности хочу, любознательный!
Один убедился, другой сомневается. Он в ком­мерческий магазин пошел.
- Кроссовки почем?
- Штука.
- Зачем штука? Мне пару.
- Ну, тысяча!
- Ого! А эти... Ну, бюстгалтеры... Есть?
- Есть.
- Почем?
- Готовь штуку.
- Да это не мне. Одна с работы спрашивала. На улицу не в чем выйти.
- Пусть готовит штуку.
- Зачем штуку? На обе штуки.
- Тогда тысяча.
- Ого!
- У нас цены договорные.
- Интересно, с кем договаривались?
- Коммерческая тайна. Спросите директора.
- А что? И спрошу! Слушай, господин-товарищ, директор Почему договорные цены такие дорогие?
- Договор дороже денег, товарищ!
Я как будто заново родился. Что почем, не раз­бираюсь. Раньше все наизусть помнил. Сколько — хлеб, сколько — колбаса, сколько — картошка. А теперь я жизни не знаю, только слухами пользу­юсь. Совсем как ребенок стал, а ведь еще не ста­рый.
- Что же делать?
- Как что? Говорят и пишут: «Заниматься маркетингом!» Школы менеджеров — на каждом шагу: на поездах, на самолетах, на теплоходах... вокруг Европы, вокруг Америки или внутри... краткий курс изучают.
Конечно, заманчиво: брокеры, маклеры, дистри­бьютеры... Я-то, если откровенно, дилера от трил­лера не отличу, с Мюллером путаю. Я и брокера с крекером только по телеку видел, и «клиринг» осторожно произношу. Надо бы, надо бы,.. азы маркетинга... А то куда ни сунусь, меня сразу на три буквы посылают. Да и вас, наверное? Посыла­ют? Вот-вот. Так прямо, не стесняясь: па СКВ. Я сначала возмущался: «Чего это они? За что?» Но потом тоже церемониться не стал. Захожу в лю­бой «шоп» — всего навалом. Облизинг! А я смот­рю, и все, и только. Даже «почем» не спрашиваю. Потому что сразу пошлют на СКВ или бартер, т. е. «Сам, козел, выкатишься? Или через бортик тебя?» Это я с подробностями перевожу. Ну я им тоже тогда: «СКВ!» И ухожу независимо. Только для вас перевод: «Сами — козлы волосатые!».
Я и в семье язык рынка внедрил, к переходу го­товимся. Жена быстро освоила. Борщ наливает, спрашивает: «СКВ? Т. е. «Сколько влить?» Я— ей: «СКВ!» Т. е. «Сколько влезет».
Вася, сантехник, в ногу со временем, как всегда. На днях кран у нас в ванной менял. Я ему чет-вертной даю, а он: «Не-а». Я полтинник у жены, взял, протягиваю — опять:
- Не-а. Обижаешь, — говорит.
- Может, тебе СКВ? — язвительно спрашиваю.
- Вот именно! — подтверждает, — СКВ! Наливай, че у тебя есть? Самогон, коньяк, водка?
Все у нас — не как у людей! Самая твердая валюта и та — жидкая, Пришлось по курсу — бутылку водки оприходовать.
Я рекламу по телеку смотреть полюбил. Хоро­шие вещи показывают: то яйцо под музыку вертят, то девушки красивые с большущими... глаза­ми подмигивают. Жена насмотрелась, так меня те­перь недотепой зовет за то, что я Менатепом не пользуюсь.
По газетам конъюнктуру рынка изучаю. Смотрю, сколько щенки и котята стоят. Ротвейлеры или шнауцеры дороже? Персидские или сиамские в цене? Какая родословная у них? Есть с прекрасной родословной и плановые, те на жуткие тысячи тянут. А есть без родословной и неплановые, как я. Те гораздо дешевле будут.
Многие меняться хотят.
- Меняю афганскую борзую на мотоцикл, или афганскую борзую и мотоцикл на дачный участок, или афганскую борзую, мотоцикл и дачный участок на ВАЗ-2109, или афганскую борзую, мотоцикл, дачный участок и ВАЗ-2109 на самолет... до Нью-Йорка.
- Меняю твердые убеждения на твердую валюту.
Меняю, меняем, меняемся... идем к рынку.