Сайт Виктора Матусова

ЭФФЕКТ АУТОТРЕНИНГА

С некоторых пор Карнизова совещания не пугали. Они ему нравились. Особенно хороши, на его взгляд, были длительные плановые совещания, например, по качеству. Большинство идет на них, как на казнь, а он с удовольствием. Секрет объяснялся легко, Карнизов научился спать с открытыми глазами, совершенно их не закатывая.
Как-то встретил он в журнале статью об известном бегуне, который ухитрялся засыпать на соревнованиях в перерывах между забегами. Расслаблялся, силы восстанавливал перед решительным рывком. Этот факт глубоко запал в душу Карнизова, и он решил освоить ценный опыт спортсмена и развить его, по возможности, только не для последующего рывка, а на всякий случай.
Путем усиленного аутотренинга за несколько лет он достиг такого владения организмом по части засыпания, что мгновенно отключался и тогда, когда это было необязательно, т. е. автоматически. А уж если он мысленно подавал команду «я сплю», отказа никогда не было. Правда, потребовалось куда больше усилий в тренировках, чтобы научиться, так же моментально просыпаться без зевков и потягиваний. Что касается посапывания, похрапывания и вздрагивания во сне, мы о них умолчим, ибо в этой части Карнизов далеко обошел и знаменитого спортсмена и даже светил аутотренинга. Короче, спал абсолютно тихо, а своим сосредоточенным видом вызывал уважительную зависть у беспомощно дремлющих соседей.
Было бы глупо думать, что Карнизов засыпал сразу, как только начиналось совещание. Самый неприятный момент, когда на совещании задают вопросы в лоб: - А почему процент брака в вашем цехе велик? А почему производственный график сорван? - Тут надо ухо держать востро. Необходимы «домашние заготовки». Быстро, не задумываясь, с оскорбленным видом следует «подставить» кого-нибудь из начальников смежных цехов, можно отделов, суть не меняется. Причем, «подставлять», как говорится, фундаментально, чтоб и тени сомнений возникнуть не могло у главного инженера или самого генерального директора.
Оставалось определить: кого «подставлять»? Мгновенно окинув взглядом собравшихся, Карнизов безошибочно определял отсутствующих. «Ага, начальника штамповочного цеха не видно. Теперь ясно, почему Карнизов поставки блоков сорвал. Штамповочный цех подвел, кожуха подал с опозданием. Теперь никакие вопросы не страшны, можно расслабиться». Он командовал себе: - Я сплю. - И погружался в освежающий сон.
Однако, со временем что-то в организме Карнизова необратимое произошло. Слишком далеко эксперимент его завел, освежился он чересчур, какие-то скрытые, необъяснимые резервы открылись, короче говоря, перестроился. Карнизов стал не просто спать, он стал видеть сны и только на производственную тему, да такие сны натуральные, что сразу и разобрать не мог, когда спит, а когда бодрствует. Обнаружилось, что именно во сне он энергичным и принципиальным стал чрезвычайно. На совещаниях вопросы ребром ставил, требовал решения по существу и даже на лица не взирал. Проснувшись, правда, переживал: - Зачем мне это надо?
Дальше - больше. Стал во сне гадости себе делать. Это после того, как письму научился, не просыпаясь. Сначала коряво писал, неуверенно, а потом пошло, освоил.
Так вот, проснулся однажды Карнизов после оперативки, а перед ним докладная лежит, его почерком написана. В докладной недостатки в работе его цеха изложены, да не просто, а с глубоким анализом. Но суть-то не в этом, а в выводе. Вывод же четко сформулирован: он как руководитель - никудышный и к тому же бездельник, на работе спит. Смял Карнизов листок, порвал и выбросил, потому что крыть нечем было, все правильно.
Не раз потом он такие листки находил. Он уже и ручку перестал на совещания брать и блокнот забывал сознательно. Не помогали «маленькие хитрости». Тренированный организм легко их преодолевал, выход элементарно находил, у соседей ручку и бумагу одалживал.
Долго боролся Карнизов сам с собой, ходу докладным не давал. Но как-то на партхозактиве зевнул, не в прямом смысле, этого быть не могло ни-ни, а в переносном - случилось. Обстоятельную докладную на себя написал, а когда проснулся, уже поздно было. В президиум успел передать для оглашения. Учли докладную, предупредили его, конечно, но поступок за принципиальность одобрили.
Однако просыпался Карнизов все реже и реже. Во сне же он толкового заместителя себе подобрал, во все тонкости дела ввел. А себя все-таки уволил как бездельника, который на работе спит.
Сложная вещь человеческий организм! Столько секретов в себе еще таит, неизведанных возможностей. Жуть!